В ближайшую субботу, как всегда в субботу перед началом месяца Адар, а в високосном году перед началом второго Адара, мы будем читать отрывок о ежегодном сборе пожертвований по полшекеля. Так делалось во времена Храма. И это повод поговорить про то, какое место занимает цдака в еврейской жизни.
Первое, что следует отметить, что благотворительность для евреев – это естественная вещь.
Есть такой анекдот про раввина, который перед праздником Песах обходил жителей местечка, чтобы собрать денег и помочь беднякам провести Пасхальный Седер. Вечером он вернулся домой и на вопрос жены, как идут дела, ответил, что поставленную задачу решил уже на 50%. «Сколько же ты собрал?» – поинтересовалась жена. «Нисколько, – отвечает раввин, – но я сделал полдела. Бедные уже готовы получить помощь. Осталось найти в местечке богатых, которые эту помощь окажут».
Конечно, и в еврейском обществе получить с богатых людей пожертвования зачастую непросто, но, тем не менее, в общем, еврейскому обществу всегда было свойственно помогать друг другу.
В марте 1898 года в журнале «Harper’s» было опубликовано эссе замечательного писателя Марка Твена. В нем, кроме прочего, он отмечает некоторые, по его мнению, повсеместно присущие евреям достоинства. В частности он пишет:
«Еврея много раз выставляли в неприглядном виде, но, насколько мне известно, ни один драматург не проявил несправедливость по отношению к евреям, изобразив еврейский персонаж нищим. Всякий раз, когда еврей реально вынужден просить о помощи, еврейский народ спасает его от необходимости делать это. Еврейские благотворительные учреждения поддерживаются на еврейские деньги, причем в достаточной мере. Евреи не шумят об этом; это делается тихо, они не донимают придирками и приставаниями и не беспокоят нас требованиями взносов; они дают нам мир и подают нам пример, которому мы не всегда в состоянии следовать…».
То есть благотворительность для евреев – это настолько естественная вещь, что они «не шумят об этом». У нас всегда было в норме вещей помочь другого, поддержать того, кому требуется поддержка. Как проявление крайнего и неприемлемого злодейства Тора приводит история про город Сдом. За свои преступления люди Сдома были уничтожены. В чем было их преступление? В трактате Авот Мудрецы говорят о разных подходах к праву собственности. Есть тот, кто говорит: «Твоё – это твоё, и моё – твоё». Такой подход Мудрецы расценивают как глупость – глупо отрицать право собственности. Но подход «твоё – твоё, моё – моё», который кажется вполне законным, Мудрецы называют чертой Сдома – ведь это близко к утверждению «моя хата с краю», когда человек считает, что чужие беды и нужды его не касаются. Так вот нашему народу испокон веков – начиная с Авраґама – такой подход был совершенно неприемлем, и, наоборот, евреи, как правило, везде демонстрировали, что им «до всего есть дело».
Установление о общественной кассе цдаки является едва ли не древнейшим феноменом еврейской общинной жизни: «Во всяком городе, где есть евреи, следует назначить распорядителей цдаки – людей известных и надежных, которые будут обходить народ от кануна субботы до кануна субботы, собирать с каждого столько, сколько он должен дать в установленном ему размере. И они распределяют деньги от кануна субботы до кануна субботы, и раздают бедным на пропитание на все семь дней. Это и называется кассой. Не видано и не слыхано, чтобы была еврейская община без кассы цдаки» (Рамбам, Матнот Аниим, 9:1-3).
И эта помощь нуждающимся – то, что называется «Цдака» – является важнейшей заповедью Торы. То есть, не добровольным шагом, а обязанностью. Мы обязаны проявлять отзывчивость.
Всевышний велит помогать ближнему: «Если же будет у тебя бедный из братьев твоих, <…> то не ожесточи сердца твоего и не сожми руки твоей пред нищим братом твоим…» (Дварим, 15:7–8). «И если обеднеет брат твой и придет в упадок у тебя, то поддержи его, <…> и будет он жить рядом с тобою» (Ваикра, 25:35).
Само слово «цдака» может рассказать о еврейском отношении к этому понятию. По-русски говорят: «милостыня», «подаяние», полагая, что дающий оказывает милость нуждающимся. Еврейская «цдака» происходит от корня «цедек» – «справедливость». Бедный получает свое, полагающееся ему по праву.
Рамбам пишет (Мишне Тора, Матанот Аниим, 10:1): «Мы должны быть внимательны и педантичны в исполнении заповеди о цдаке более, чем в отношении любой другой повелевающей заповеди. Цдака служит опознавательным знаком потомства Авраґама, праотца нашего…»
Рамбам говорит (Мишне Тора, Матанот Аниим, 7:3) и о соотношении потребностей бедного и размера пожертвования: «По мере нужды бедного ты обязан дать ему. Нет у него одежды – одевают его, нет домашней утвари – покупают ему, нет у него жены – женят его. Более того, если был он привычен ездить на коне, а впереди чтобы бежал раб, а потом обеднел он, покупают ему коня <…> и раба, чтобы перед ним бежал. Ведь сказано дать ему «то, чего ему недостает» (Дварим, 15:8)».
То есть Цдака – это больше, чем просто выражение природного сочувствия голодающему или замерзающему.
Мицва, равноценная всем остальным: Цдака важнее, чем строительство Храма.
Говорят мудрецы Талмуда (Бава Батра, 9а), что цдака равноценна всем заповедям, вместе взятым. Конечно, помощь неимущим чрезвычайно важна, но, вместе с тем, заповедь о цдаке – лишь одна из 613-ти! Не преувеличение ли сказать, что она равноценна всем заповедям, вместе взятым?!
Чтобы ответить на этот вопрос, вспомним несколько эпизодов из жизни царя Давида, о которых рассказывается в Книге Шмуэля.
Когда Давид, будущий царь Израиля, возвращался с войны, на которой он победил богатыря-гиганта Голиафа, женщины, рассказывает Мидраш, в знак восхищения его подвигами бросали перед ним на дорогу золотые и серебряные монеты. Однако Давид не взял их себе, а посвятил нуждам будущей постройки Храма.
Спустя несколько лет, когда вся Страна Израиля страдала от жестокого голода, царя попросили отдать эти деньги для спасения умирающих от голода бедняков, однако Давид отказался. Он счел святотатством использовать сокровища, предназначенные для строительства Храма, даже на столь важную цель.
Однако Всевышний рассудил иначе и поступок Давида посчитал за грех. Запрещая ему строить Храм, Он сказал (Диврей Айамим, I, 22:8): «Слишком много крови ты пролил». Одно из объяснений этой претензии к царю Давиду, что тем самым Всевышний намекнул, что Ему неугоден Храм, построенный на деньги, которыми можно было спасти еврейские жизни. Давиду, не проявившему действенного сострадания к беднякам и поэтому обвиненному в «пролитии их крови», не было позволено осуществить цель его жизни – воздвигнуть Иерусалимский Храм.
Нельзя не признать, что, когда Давид посвятил все деньги, полученные в награду за победу на войне, на нужды строительства Храма, он проявил необыкновенное величие духа. Ведь тогда, в начале его жизни, лишенный всякой поддержки и опоры, он имел полное право взять деньги себе и использовать их в личных целях – в первую очередь для приобретения собственного дома и всего необходимого для обзаведения семьей. Но получив по воле Всевышнего в дар большое богатство, он его как бы вернул Ему, решив употребить все лишь на Б-жественные цели. Что может быть выше этого? Ведь для подобного решения Давид должен был полностью отринуть все земные интересы, освободить свое сердце от всех желаний и стремлений, связанных с этим миром. С одной стороны Всевышний, оценил поступок Давида, когда тот не взял деньги себе, и сказал Давиду, что пожертвование этих денег Ему дороже, чем жертвоприношения. И все-таки позже Он наказал Давида за то, что тот не отдал деньги, посвященные Б-гу, людям. Почему же?
И это не смотря на то, что Давид крайне нуждался в Храме ради блага всей Страны Израиля и всего народа. Он вел много войн с врагами Израиля, и наличие Храма явилось бы важнейшим средством получения помощи и защиты. Кстати, Мидраш сообщает, что даже Аман оценил значение Храма и потому побуждал царя Ахашвероша препятствовать его восстановлению. «Если иудеи будут молиться в своем Храме, – пугал Аман Ахашвероша, – то они умертвят всех людей и разрушат весь мир!»
Но Давиду, несмотря ни на что, Всевышний запретил строить Храм – в наказание за то, что он отказался отдать сокровища, накопленные для Храма, в качестве цдаки для бедных!
Тора, рассказывая об этом, преподносит нам урок, раскрывающий значение и важность цдаки. Оказывается, даже самый благочестивый поступок может привести к отрицательным результатам, если из-за него бедные не получают необходимой им помощи.
Цдака в сравнении с остальными заповедями
Как учит хасидизм, опираясь на Каббалу, исполнение каждой заповеди освящает ту часть человеческого организма, которая приняла участие в исполнении этой заповеди. Когда, к примеру, еврей надевает тфилин на руку, он как бы притягивает Божественную святость к своей руке, надевая головной тфилин, он привносит святость в свой разум.
Однако цдака обладает гораздо большей силой: ее исполнение сообщает святость не какому-то отдельному органу тела, но всему человеку в целом! Вот что означают слова мудрецов, что «цдака равноценна всем заповедям».
В отличие от всех остальных заповедей, цдака обладает способностью мгновенно воздействовать на все силы души.
Как объясняется в книге Тания, эта удивительная способность цдаки имеет вполне логическое объяснение. Чтобы заработать себе на жизнь, человек трудится, используя все свои силы. Получается, что в заработанных деньгах как будто бы содержатся все силы человека, жизнь всех его органов тела и всех душевных сил. Поэтому когда человек отдает заработанные деньги в качестве цдаки, он в буквальном смысле слова отдает свою жизнь – и физические силы своего тела, и интеллектуальные и эмоциональные силы души. И даже если речь идет о деньгах, которые он сам не заработал, но, отдавая деньги на цдаку, человек отдает свою жизнь, так как на эти деньги он мог бы купить средства своего существования.
Но цдака не только приучает нас к отзывчивости, и не только поддерживает неимущих, и не только закрепляет в нашем сознании память о том, что всё, чем мы обладаем — дано нам Богом, и по Его воле положено часть полученного нами, отдать другим. Цдака меняет наше отношение к нашей собственной жизни, влияет на шкалу наших ценностей
Влияние Цдаки на самого дающего
Тора нас учит совершать цдаку, и к этому мы приучаем наших детей. Что собственно этим мы прививаем нашим детям?
Представьте, что на некой вечеринке была лотерея, и ребенок выиграл две пачки мороженного – самого любимого им сорта. Он предвкушает, как еще минута и он его будет с удовольствием кушать. И вот, съев уже первую пачку, он замечает, что другой ребенок плачет – свое выигранное мороженное он уронил и т.п.
Перед первым ребенком выбор: съесть 2-ю пачку или поделиться с другим.
С одной стороны в первом варианте он получаит вполне понятное удовольствие от 2-й пачки мороженого. А что он получаит во втором варианте?
Но, на самом деле, если справиться с ситуацией и поделиться (сперва даже нехотя) – потом, наверняка, многие из нас будут с удовольствием вспоминать радость и улыбку того, с кем мы поделились. Мы потеряли удовольствие от пачки мороженого, но приобрели удовольствие от помощи другому!
Какое из этих удовольствий «выгоднее»? Сколько времени нас будет «греть» удовольствие от пачки мороженого – час? Два? Сколько лет мы будем с радостью вспоминать, как нам удалось помочь другому?
Мы сейчас наглядно познакомились с двумя видами удовольствий – физическим и духовным. Исполнение заповеди Цдака приучает ценить духовное удовольствие, которое дает намного больше и на гораздо более длительный срок. И будет нас «греть» и «после 120 лет» – ведь заслуга от заповеди – это навсегда. Это тот капитал, который с нами будет всегда!
