Комментируя описанные в книге Шмот одежды Первосвященника, Зоар (основная книга Каббалы) останавливается на такой детали, как циц. Это была золотая табличка, которая крепилась к специальному тюрбану и покрывала лоб верховного еврейского жреца во время совершаемых им в Храме ритуалов.
На табличке было написано: «Святой для Бога». Но не надо думать, что надпись украшала только чело священника. Согласно тайной Торе, лоб буквально сплошь покрыт письменами у каждого из нас. Только циц демонстрировал это явно, а сообщения на наших лбах подвластны прочтению лишь ангелов и великих праведников.
Каждый поступок человека и даже (как это будет понятно из дальнейшего) каждая мысль, оставляют на его лбу отметину, и именно по суммарному их списку (если, конечно, нарушитель не раскается и тем самым не сотрет позорные подробности со лба) нас и судят.
В связи с этой идеей, собственно, Зоар и приводит показательную историю о том, как однажды у рабби Шимона бар Йохая (которому как раз традиция и приписывает авторство Зоара) собралась его «хеврая». Это слово можно было бы перевести как «содружество, товарищество». Ну, или узкий клуб самых близких к рабби Шимону мудрецов.
Итак, собрались они и обсуждали самые что ни на есть тайные аспекты еврейского учения, как вдруг их учитель заметил, что рабби Йосиотвлекся от разговора и задумался о «мирском».
Не о грубом «мирском», конечно, не дай Бог, но о повседневных нуждах народа, о которых рабби Йоси (и из всех собравшихся он был только один такой) постоянно заботился.
Вероятно, какая-то насущная проблема собратьев и отвлекла его от общего хода беседы. И рабби Шимон тут же это засек. По его лбу, естественно. И сказал товарищу: у тебя лицо изменилось, и одна из важных букв у тебя отсутствует. Давай-ка я тебе ее обратно «допишу».
Есть мнение, что это была буква йуд, которая испарилась и из имени мудреца (а в нем их даже целых две), и из его титула «Рабби». Но «оплошавшему» (обратите внимание, что это я беру в кавычки) помощь наставника даже не понадобилась, ибо «встал рабби Йоси» и сам заговорил о тайнах Торы, и конкретно, о высоком предназначении налобной таблички циц.
Любавичский Ребе задается вопросом: рабби Йоси ведь был величайшим человеком. Так как же могли надписи на его лбу измениться как бы (не дай Бог) в худшую сторону?
А дело в том, что многое, как известно, зависит от взгляда смотрящего. То есть на самом деле рабби Йоси никоим образом не утратил своей ступени в духовности, но показался «упавшим» своим товарищам. Потому что им было важно только то, что свидетельствует (в том числе, и на лбу) о полной отрешенности еврея от мира (как мы помним, сам рабби Шимон бар Йохай 13 лет был отшельником в пещере) и о посвящении всех сил и времени только одной Торе.
Рабби Йоси же важно было помогать народу. И так как в этом и заключалось его предназначение, данное ему Свыше, то на самом деле никакие буквы у него не пропадали, но лишь показались пропавшими «клубу».
Подобное же мы находим и в свитке Эстер, в финале которого сказано, что герой Пурима (который наступит вот-вот) Мордехай был «любимым у множества братьев своих» (Эстер; 10:3). У множества, но не у всех. Потому что часть еврейских мудрецов не одобрили его занятия «мирским», то есть персидской политикой. Пусть даже она и принесла спасение всему народу.
Эти мудрецы полагали, что Бог и так бы избавил нас от приговора злодея Амана, даже если бы Мордехай и его жена Эстер не прилагали для этого никаких усилий. Мол, учи Мордехай отрешенно Тору вместе с «клубом», и стараться бы не пришлось. И «мараться» дворцовыми делами тоже.
Мордехай, однако, подобно рабби Йоси, думал иначе (и был в этом совершенно прав). Он верил, что Творец ждет наших собственных усилий. Как говорится в известной метафоре, приготовления сосуда, куда потом Сверху Он прольет Свои благословения.
На самом деле спор великих не имеет однозначно правильной стороны (как сказано в Талмуде: и это, и это тоже слова Бога Живого). Просто кому-то предназначено сидеть в йешиве, а кому-то решать земные проблемы: политические, военные, бытовые. И это хорошо.
Так что Мордехай, как и рабби Йоси сделал свой выбор. И что бы ни читали на его лбу другие еврейские авторитеты, на самом деле там было записано только хорошее.
Чего и нам всем желаю добиться. С помощью добрых мыслей, слов и дел.
